Федеральный суд Манхэттена создал громкий прецедент на стыке юриспруденции и искусственного интеллекта. Судья Лорна Скофилд санкционировала доступ следствия к истории запросов Ричарда Кима — экс-главы криптопроекта Zero Edge — в сервисе ChatGPT. Ким обвиняется в классической схеме растраты: собрав $4,3 млн на запуск криптоказино, он перевел $3,8 млн в высокорисковые спекуляции и онлайн-гемблинг. Несмотря на арест и освобождение под залог в $250 000, бывший CEO категорически отвергает обвинения в мошенничестве с ценными бумагами и обмане инвесторов.
Правоохранительные органы подозревают, что, оказавшись под следствием, Ким превратил нейросеть в своего «карманного консультанта». По версии следствия, он активно зондировал ИИ на предмет выработки оптимальной стратегии защиты, а также искал способы оправдать нецелевое использование средств клиентов, увлечение трейдингом и азартными играми. На основании ордера компания OpenAI обязана выдать следствию полный срез данных: от метаданных аккаунта до всех промптов и ответов нейросети за период с октября 2023 года по май 2026-го.
Команда защиты Кима отчаянно пыталась заблокировать выдачу этих данных, апеллируя к нарушению приватности и принципу адвокатской тайны. Юристы утверждали, что промпты раскроют внутренний ход мыслей их подзащитного и фактически выдадут тактику будущей линии защиты. Однако судья Скофилд жестко осадила эти аргументы. Она постановила, что логи общения с ИИ являются записями третьей стороны (OpenAI) и не подпадают под привилегию конфиденциальности.
Прокуратура блестяще обосновала эту позицию, которая теперь может стать руководством к действию для других судов: адвокатская тайна работает исключительно в тандеме «человек — лицензированный юрист». Поскольку алгоритм не имеет диплома, не несет юридической ответственности и не является субъектом права, он физически не может выступать в роли защитника. Следовательно, все «советы» и «размышления», сгенерированные нейросетью, отныне лишены статуса неприкосновенности и становятся законным объектом для изучения следствием, фактически превращаясь в полноценные цифровые улики.