Третья форма национальной валюты не вызывает ажиотажа ни у населения, ни у корпоративного сектора, ни у самих коммерческих банков. По словам Тараса Скворцова, зампредседателя правления и финдиректора Сбера, единственным реальным драйвером и бенефициаром внедрения CBDC (цифровой валюты центробанка) выступает сам мегарегулятор. Рыночные игроки не демонстрируют той активности, которая могла бы обеспечить массовое и органичное распространение цифрового рубля в повседневных расчетах.
Прогнозы крупнейшего госбанка относительно перспектив нововведения звучат крайне скептично. Скворцов допускает, что даже в самом оптимистичном сценарии цифровой рубль займет лишь десятые доли процента в общем объеме финансовых транзакций и не сможет оказать сколько-нибудь заметного макроэкономического влияния на финансовую систему страны.
Главная проблема для банковского сектора кроется в самой архитектуре CBDC. Топ-менеджер Сбера обратил внимание на эффект изъятия денег из оборота: как только средства конвертируются в цифровой формат, они оседают на изолированных счетах Центробанка. Фактически эта ликвидность «стерилизуется» и покидает реальную экономику. Коммерческие банки теряют эту пассивную базу и, как следствие, лишаются ресурса, который могли бы направлять на кредитование бизнеса и инвестиции.
Подводя итог, представитель Сбера использовал яркую метафору, назвав цифровой рубль «слоном в комнате» — масштабной и очевидной темой, которую все замечают, но предпочитают не обсуждать вслух. Теперь, когда запуск перешел в практическую плоскость, эта неопределенность исчезнет. По словам Скворцова, старт платформы наконец-то выведет «слона» на свет, и рынок воочию увидит, насколько искренней окажется радость участников экономики от соседства с этим технологическим экспериментом регулятора.
