Эли Бен-Сассон, выдающийся ученый-программист, стоящий у истоков приватного гиганта Zcash и возглавляющий израильский блокчейн-хаб StarkWare, выступил с радикальной инициативой. Он призвал упразднить сакральный для крипто-максималистов хард-кап в 21 миллион монет, заменив его моделью непрерывной денежной эмиссии на уровне 4% ежегодно.
По мнению ученого, искусственное ограничение предложения не выдерживает критики при столкновении с реальностью. Главная проблема Биткоина — эффект «черной дыры» из-за безвозвратных потерь. Миллионы пионеров крипты уходят из жизни, не передав наследникам сид-фразы, жесткие диски с доступами отправляются на свалки, а ранние крипто-адреса навсегда замораживаются из-за утери приватных ключей. По оценкам аналитиков Ledger, из обращения уже навсегда изъято около 4 млн BTC. Бен-Сассон считает такое перманентное «сжатие» денежной массы опасным и неестественным трендом.
Второй, и, пожалуй, более критичный аргумент израильского эксперта касается архитектуры безопасности сети. Сегодня майнеры мотивированы наградами за создание блоков и транзакционными комиссиями. Однако из-за механизма халвингов блочное вознаграждение неуклонно стремится к нулю. В отдаленном будущем безопасность Биткоина будет полностью зависеть исключительно от пользовательских комиссий. Введение постоянной 4-процентной эмиссии, по задумке Бен-Сассона, станет страховкой от деградации майнинга. Это гарантирует, что у валидаторов всегда будет веский финансовый стимул защищать сеть от атак, а свежая ликвидность будет компенсировать естественную убыль утерянных монет.
Безусловно, догма о фиксированном лимите в 21 млн BTC считается главным щитом первой криптовалюты от фиатной инфляции и фундаментом ее нарратива как «цифрового золота». Однако Эли Бен-Сассон парирует эту критику макроэкономическим аргументом: он напоминает, что предложенные им 4% годовой инфляции математически почти идеально синхронизированы с глобальными темпами прироста населения планеты. По логике ученого, такая денежная масса вполне обоснована с точки зрения демографической экономики и не несет в себе разрушительных свойств классической фиатной гиперинфляции.
