Кроссчейн-инфраструктура NEAR Intents выступила в роли надежного барьера для киберпреступников, сорвав масштабные попытки легализации цифровых активов, украденных в результате недавнего взлома биржи Bitget. Как сообщил руководитель проекта Алекс Шевченко, системе удалось перекрыть маршруты для вывода средств на общую сумму, превышающую $50 млн. При этом $503 000 были заморожены непосредственно в момент исполнения транзакций, не позволив хакерам завершить операцию.
По словам Шевченко, злоумышленники начали активно использовать инфраструктуру NEAR Intents почти сразу после атаки на Bitget, общий ущерб от которой оценивается в $387,5 млн. Преступники пытались замести следы, прогоняя средства через различные блокчейн-сети, включая попытки кроссчейн-бриджа в экосистему Ethereum. Противодействие им оказала встроенная система безопасности SHIELD. Этот механизм в реальном времени сверяет транзакции с базами данных ведущих блокчейн-аналитиков, провайдеров ликвидности и независимых исследователей. При выявлении «грязных» средств протокол либо отказывает в предоставлении котировки для обмена, либо принудительно прерывает операцию на стадии исполнения.
Тем не менее, идеальной защиты не существует. Глава NEAR Intents честно признал, что хакерам удалось проскользнуть через фильтры и провести через платформу около $166 000, связанных со взломом. При этом Шевченко сделал важную оговорку: указанные цифры являются приблизительными, а алгоритмы атрибуции происхождения средств имеют допустимую погрешность на уровне 10%.
Примечательным жестом стало решение команды NEAR Intents отказаться от стандартного вознаграждения. Протокол мог бы претендовать на 5% от суммы заблокированных активов, а также на дополнительные 5% в случае их успешного возврата пострадавшей стороне. Однако разработчики добровольно аннулировали эти права, заявив, что их главная цель — максимизировать сумму, возвращаемую бирже Bitget и ее клиентам. На данный момент замороженные активы находятся в состоянии полной изоляции и будут оставаться таковыми до завершения всех необходимых юридических процедур и выработки согласованного механизма реституции.
